Загробная жизнь философа Лицо за железной маской Заговорщица Софья Пират его Величества Волшебное стекло Колдун с Сухаревой башни Франкмассоны-вольные каменщики Отец Робинзона Крузо Ограбление Франции Вор,запугавший Москву Самозванка из Европы Самый правдивый враль на свете Подозревается Сальери Гильотина-машина казни Часовщик, комедиограф, торговец Помещица-душегубица Эротические безумства маркиза Поиски головы Гайдна Странная болезнь императора Старец Федор Кузьмич Пророчества вещего Авеля Пленник замка Иф Драма в театре Форда Ку-клукс-клан-орудие расистов Трою ли нашел Шлиман Зловещие портреты Неуловимый Джек-потрошитель Порох Менделеева Первый и последний рейс Титаника Черная рука Сараево Божий человек в царском доме Танцовщица, любовница, шпионка
Пророчества вещего Авеля
Этот монах дерзнул в своей книге предсказать смерть государыни императрицы Екатерины II. По ее указу он угодил в Шлиссельбургскую крепость. Однако пророчество сбылось, императрица умерла в указанный им срок, а перепуганные царедворцы доложили об этом новому императору Павлу I. Тот выслушал монаха и отпустил его. Авель (1755-1841) ушел на Валаам, написал еще одну книгу пророчеств, в которой предсказал насильственную смерть Павлу...
... начало статьи

Екатерина не стала вдаваться в подробности. Просвещенную монархиню простой монах, помутившийся разумом, не интересовал. — В Шлиссельбургскую крепость его. И пусть останется там до конца дней моих. Посмотрим, кто кого переживет,— повелела она. В начале ноября 1796 года государыня-императрица неожиданно занемогла и слегла в постель. И как ни старались врачи, ей становилось только хуже и хуже, лекарства не помогали. Екатерина Великая умерла, как и предсказывал вещий Авель, 6 ноября 1796 года. Об Авеле никто бы не вспомнил, гнить бы ему в крепости, если бы после суматохи похорон, после воцарения нового императора Павла I «мудрая премудрая» книга среди секретных бумаг не попалась на глаза князю Куракину. Он ее прочитал и очень удивился. Рискнул показать молодому монарху и рассказал о пророчестве. Павел, удивленный не менее Куракина, приказал привести ему монаха для беседы. Содержание беседы осталось в тайне, известно лишь, что она длилась долго и в завершение Павел просил благословения у Авеля и чтобы оно было во благо и во имя процветания всего царского рода. Очевидно, Авель благословил и пообещал молиться за здоровье и жизнь императора. Его поселили в Невской лавре, окружили почестями, обещали всяческие блага, но он не выдержал столичной шумной жизни и снова отправился в Валаамский монастырь, где засел за написание новой книги. В ней он предрек скорую насильственную смерть своего благодетеля Павла I и указал точный срок — 11 марта 1801 года.

Новая книга попала на стол митрополиту. Тот возмутился и отправил страшную книгу снова в Сенат. Оттуда ее переправили в канцелярию императора. Легко представить себе гнев и возмущение Павла. Он приласкал монаха, дал ему кров, хлеб, и какова благодарность... Павел отдал приказ схватить негодника и бросить в Петропавловскую крепость. Ждать следующего приказа, который решит его судьбу. Но решить судьбу Авеля Павел не успел. Наступило 11 марта 1801 года. Ночью заговорщики ворвались в его спальню. Монарх был убит, насильственная смерть состоялась. Так свершилось второе пророчество вещего Авеля. После похорон Павла и воцарения его сына Александра I монаха Авеля выпустили из крепости и отправили в Соловецкий монастырь, чтобы он не странствовал, а постоянно находился там. И Авель снова засел за книгу. Теперь он пророчествовал о том, что в 1812 году французы войдут в Россию и спалят Москву, что император Александр I выгонит их. До императора дошли слухи о новой книге монаха-вещателя. Он направил письмо архимандриту с просьбой выпустить отца Авеля, пусть он приедет в Петербург для беседы. Тот передал письмо игумену Иллариону, который испугался этого послания. Он боялся, что Авель пожалуется царю на плохое к нему отношение, на тяжелые условия, в которых живет. В своем ответе Илларион написал, что Авель приехать не может, сослался на его болезненное состояние.

Но Александр I в следующем письме потребовал, чтобы Авеля немедленно выпустили, дали ему паспорт, деньги и направили в Петербург. Игумен не сдавался и задумал уморить вещего монаха, а на всякий случай попросил его предсказать свою судьбу. Авель предсказал: если не прекратите зло, то погибнете лютою смертию, останутся у вас вдовы и осиротелые чада. Этих слов оказалось достаточно, чтобы его выпроводили из монастыря. Авель уехал в Петербург, а игумен и еще несколько его помощников неизвестно от чего заболели и вскоре скончались, как было сказано при прощании, «Бог весть от какой хворобы». В Петербурге Авель: императора не застал, тот находился за границей, и с ним беседовал князь А. И. Голицын. Содержание разговора нигде не фиксировалось, известно только, что по просьбе князя монах начертал судьбы России и царей на сто лет вперед. Перспектива оказалась безрадостной. Авель предсказал и кончину Александра, и восстание декабристов, и гибель династии Романовых через сто лет. Князь был в ужасе, но, выполняя наказ императора, монаха отпустил. При этом поставил одно условие: нигде, никогда, ни при каких условиях не заниматься предсказанием, никаких пророчеств, особенно касаемо жизни царственных особ, иначе ему несдобровать. А так жить он может где хочет и как хочет.

Авель сдержал слово, замкнулся в себе и снова отправился странствовать. Побывал в Афоне, в Царьграде-Константинополе, в Иерусалиме. Вернувшись на родину, не стал пророчествовать, опасаясь за свою жизнь. Он поселился в Троице-Сергиевой лавре, но слух о вещем монахе уже распространился по всей стране, и к нему в келью шли толпы людей, жаждавших услышать его голос, его пророчества. Но он остался верен данному слову. Вскоре после смерти в Таганроге в 1825 году Александра I и декабрьского выступления восставших офицеров на престол вступил Николай I. Он был суров и не хотел слушать никаких пророчеств. По его приказу странствующий монах вещий Авель был схвачен и отправлен в Спасо-Евфимьевский монастырь в Суздале, откуда он больше не вышел. Скончался Авель на 84-м году жизни, 20 лет из них он просидел в крепостях и тюрьмах за свои «смертельные» предсказания. До конца XIX века продолжались поиски его основных трудов, спрятанных среди секретных бумаг. В 1875 году в журнале «Русская старина» появились выдержки из его писем и «Жития». Сами же книги пророчеств найти не удалось.




древний мирсредневековьеновое времяновейшая историяглавная